С 15 по 23 августа в киевском кинотеатре «Жовтень» проходит ретроспектива Михаэля Ханеке — шесть фильмов режиссёра, которого годами называли холодным, жестоким и даже мизантропом. Как сообщает ZN.UA, за этой репутацией стоит автор с чёткой этической позицией: Ханеке принципиально не стремился успокаивать зрителя или давать ему готовые эмоции, а наоборот — заставлял оставаться активным и самостоятельно определять, как реагировать на увиденное.

Детство Ханеке прошло в театральной семье: отец был актёром и режиссёром, мать — актрисой. Первый опыт в кино для него был травматичным — ещё ребёнком он расплакался на «Гамлете» Лоренса Оливье, и бабушка была вынуждена вывести его из зала. Несмотря на это, Михаэль сначала мечтал стать пианистом, но отчим отговорил его от этой идеи из-за отсутствия таланта. В 17 лет Ханеке провалил вступительные экзамены в актёрскую школу в Вене, что, по его словам, очень его разозлило. В университете он изучал философию, психологию и театроведение, но и там не нашёл ответов, которых искал.

Значительную часть юности Ханеке проводил в кинотеатрах, смотря по несколько фильмов в день. Особое влияние на него оказал Робер Брессон, которого он ценил за точность формы. С 1967 по 1971 год Ханеке работал редактором и драматургом телеспектаклей, а затем стал театральным режиссёром и снимал телефильмы по произведениям Ингеборг Бахман, Франца Кафки и собственным сценариям. Лишь в 47 лет он дебютировал в большом кино с фильмом «Седьмой континент» (1989).

Ханеке известен своей педантичностью: на съёмочной площадке он детально раскадровывает сцены, почти не допускает импровизаций и мало объясняет актёрам психологические мотивы персонажей. Изабель Юппер, которая снималась в его фильмах, вспоминала, что он особенно нетерпим ко всему, что кажется ему сентиментальным. В кадре эта скрупулёзность почти незаметна, но именно она усиливает драматизм и жестокость сцен.

Музыка, которой Ханеке занимался в молодости, осталась важной частью его творчества. В большинстве его фильмов почти нет закадровой музыки — если она и звучит, то только как часть сцены. Сам режиссёр объяснял, что не любит, когда саундтрек подсказывает зрителю, где нужно бояться или сочувствовать. Звук в его работах продуман до мелочей, а тишина — такой же важный элемент, как и кадр или реплика.

Самый известный парадокс Ханеке — фильм «Весёлые игры», в котором он намеренно лишает зрителя привычного ощущения безопасной дистанции к насилию. Сам режиссёр признавался, что испытывает физическое отвращение к насилию, но его интересовало, почему на экране оно так легко превращается в развлечение. В «Весёлых играх» самые жестокие сцены часто остаются за кадром, а зритель не получает привычных жанровых вознаграждений.

В повседневной жизни Ханеке, по словам его многолетнего соратника Маркуса Шляйнцера, совсем не похож на мрачного мизантропа: он шутит, поёт, готовит ужин для друзей и наслаждается простыми вещами. По словам Шляйнцера, 84-летний режиссёр больше не планирует снимать новые фильмы, хотя сам Ханеке публично о завершении карьеры не объявлял.

«Любовь многое объясняет в строгости моих фильмов. Она иллюстрирует обещание, которое я и моя жена дали друг другу», — сказал Михаэль Ханеке, получая «Золотую пальмовую ветвь» в Каннах.

Его фильмы не стоит воспринимать как зашифрованную автобиографию, но между личным опытом режиссёра и темами его работ прослеживаются связи. Например, история его тёти, которая пыталась покончить с собой, стала толчком к созданию фильма «Любовь».