Еще одна семья из села под Костянтиновкой провела почти год в подвале, потеряв дом, хозяйство и десяток коров. Несмотря на опасность, взрослые оставались на месте, надеясь на «освобождение». В итоге детей этой семьи военные передали представителям российской администрации — просто как груз, сообщает издание.
По словам Чернявской, такие случаи — не единичные. Речь идет о десятках, а иногда и сотнях семей, которые остаются на прифронтовых территориях с детьми. Хотя не всегда дети проводят в подвалах целый год, подобные истории случаются регулярно.
В материале подчеркивается, что вопрос возникает не только к оккупантам, но и к самим родителям. Автор ставит под сомнение решение взрослых оставаться с детьми в опасной зоне, когда еще была возможность уехать. Причины могут быть разными — страх, отсутствие жилья, надежда на быстрое завершение боевых действий. Однако ни одна из них не оправдывает того, что ребенок провел год в подвале под угрозой жизни.
Далее автор обращает внимание на роль государства. Хотя эвакуация детей с прифронтовых территорий продолжается годами, контроль за тем, чтобы дети не возвращались назад, остается слабым. С 2026 года правила стали жестче: теперь возможно принудительное вывоз детей даже без согласия родителей, а возвращение разрешается только при подтверждении проживания вне зоны боевых действий. Тем не менее, как отмечает автор, проблема не в законе, а в отсутствии системной работы между нормативами и реальностью — «расстояние, которое никто не закрывает».
«Защита прав ребенка — это не пост после эвакуации. Это не допустить, чтобы он туда вернулся или там остался», — говорится в материале.
В итоге автор подчеркивает три провала: родители, которые год держали детей в подвале; государство, которое эвакуирует, но не контролирует возвращение; и оккупационная администрация, которая использует эти случаи для собственной статистики. Причина одна — безответственность, а результат — год детства под землей и дальнейшая жизнь в оккупации.