В начале июня поэтесса Лина Костенко получила в подарок редкий экземпляр своей второй сборки «Паруса» (1958), который был приобретён на аукционе и подписан ею ещё в 1958 году для латвийской поэтессы Визмы Белшевицы. Об этом сообщает lb.ua.
Во время просмотра книги Костенко эмоционально вспомнила старые стихи, которые, по её словам, уже почти забыла: «Боже, как странно. Какое издание… Я и забыла все эти стихи». Она также обратила внимание на типичную советскую аннотацию к сборнику, где шла речь о «величии человека-труженика» и «глубине прекрасного человеческого чувства – любви», и иронично отреагировала на эту риторику: «Хе-хе… “величие человека-труженика, глубина прекрасного человеческого чувства – любви”… Ой, боже…».
Как отмечает литературовед Иван Дзюба, в «Парусах» ощущается дух первых лет послесталинской оттепели, но уже тогда в стихах Костенко проявлялись черты, которые впоследствии стали определяющими для её творчества. Сборник содержит тексты о людях труда, но без пафоса, присущего официальной советской поэзии, что стало компромиссом для поэтессы в условиях цензуры.
Особую ценность представляет рижский экземпляр «Парусов» с рукописными записями Костенко, в частности дарственной подписью для Визмы Белшевицы. Их творческая дружба сформировалась во время учёбы в Московском литературном институте, куда Костенко попала из-за сложной ситуации в Киеве начала 1950-х годов.
В статье также прослеживается параллель между Костенко и Белшевицей: обе поэтессы избегали прямого прославления советской идеологии в своих стихах, вместо этого обращаясь к теме труда как к максимально допустимому компромиссу. Позже, когда власть требовала от них большей лояльности, именно их принципиальность приводила к проблемам с цензурой и публикацией произведений.
В «Парусах» Костенко также обращается к теме войны, но подаёт её через личный, детский опыт, что позволяло ей избегать официальной риторики и сохранять собственный голос. Как подчёркивает lb.ua, благодаря этому сборнику можно проследить, как поэтесса противостояла давлению цензуры и сохраняла независимость в творчестве.