В Мариуполе опубликованы новые списки недвижимости, которые оккупационные структуры могут использовать для признания имущества «бесхозным». Как сообщает 0629, в двух документах указано 48 жилых и 94 нежилых объекта.

В жилом фонде все объекты расположены на улицах Ласкова и Лысенко. На Ласкова в перечень внесли 21 позицию, на Лысенко — 27. Среди них есть дома по конкретным адресам, например, на Ласкова, 24, 25, 35, 37, 40, 44, 45, 53, 65, 68, 69, 73, 75А, а также на Лысенко — №15, 18, 20, 20А, 21, 22, 23, 25, 28, 31, 34А, 35, 39, 41, 42, 44, 46Б, 47, 48, 49, 50, 58, 59 и 60. Часть объектов в документах обозначена как не имеющая номера.

Нежилая недвижимость представлена 94 позициями. Больше всего объектов расположено на улице Казанцева и в микрорайоне Бригантина. Также в список внесли здания на проспектах Строителей, Нахимова, Металлургов и Мира (в документах — «проспект Ленина»), а также на улицах Парковой, Апатова, Иртышской, Ушакова, Ангарской и на территории садового товарищества «Чайка». Среди примеров — несколько нежилых зданий возле дома №85 на проспекте Мира, десятки объектов на Казанцева, около двадцати — в Бригантине, а также здание площадью более 2,8 тысячи квадратных метров на проспекте Металлургов, 92А, где ранее был паб «Максим».

Указанное формулирование «имеет признаки бесхозного имущества» еще не означает, что объект уже перешел под контроль оккупационной администрации. Это лишь один из этапов процедуры, которую Россия внедрила для переоформления недвижимости на оккупированных территориях. В апреле 2026 года оккупационные структуры так называемой «ДНР» утвердили новые правила: среди «признаков бесхозности» — отсутствие записи о праве собственности в российском реестре недвижимости и неуплата коммунальных платежей в течение года.

После поиска владельца и обследования жилья оккупационный орган может внести его в так называемый реестр муниципального имущества. С этого момента, по российским нормам, недвижимость считается «муниципальной собственностью». Владелец может остановить процедуру, предоставив документы, но только до внесения объекта в реестр.

Для многих мариупольцев это представляет особую опасность, так как значительная часть владельцев после российского вторжения была вынуждена уехать и не имеет возможности отслеживать объявления оккупационной администрации или лично обращаться в её учреждения.

В то же время, согласно украинскому законодательству, такие решения оккупационных органов не изменяют законных прав владельцев. Закон Украины о правовом режиме на временно оккупированных территориях определяет, что решения и документы незаконно созданных органов являются недействительными и не создают правовых последствий. Все сделки с недвижимостью на оккупированной территории, совершённые с нарушением украинского законодательства, также являются недействительными.