Украина рассматривает возможность влияния на торговлю сжиженным природным газом (СПГ) из России, который остаётся значительным источником доходов для Кремля несмотря на ужесточение санкций, сообщает Kyiv Independent. В июле 2026 года Бельгия импортировала 100% СПГ именно из России, хотя уже через несколько месяцев в ЕС должен заработать полный запрет на такие поставки.

СПГ стал ключевым элементом энергетической торговли, поскольку его удобно транспортировать морем, что позволяет России переориентировать экспорт на Китай и Индию. По данным Центра исследований энергетики и чистого воздуха (CREA), ЕС до сих пор остаётся крупнейшим покупателем российского СПГ, а Япония и Южная Корея, которые также поддерживают Украину, не спешат сокращать зависимость. В 21-м пакете санкций ЕС, принятом в июле 2026 года, для этих стран сделали исключение по поставкам СПГ из проекта «Сахалин-2».

Военное влияние на российскую СПГ-логистику могло бы включать атаки на танкеры до прибытия к клиентам. Украина уже продемонстрировала способность уничтожать российские суда, в частности в июле поразила 78 судов «теневого флота» в Чёрном море. По данным Киевской школы экономики (KSE), 63% экспорта СПГ из России обеспечивает терминал «Ямал», для которого используют всего 15 специализированных ледоколов. Эксперт CREA Исаак Леви отмечает, что эти суда «дорогие и трудно заменимые», но их западное управление и страхование могут сдерживать Украину от атак.

В то же время значительная часть СПГ перевозится судами, принадлежащими союзникам Украины. Греческая компания Dynagas оперирует 11 танкерами, которые в 2026 году обеспечили 35% объёмов «Ямала», и получила исключение в санкциях ЕС. Вместе с японской Mitsui Osk Lines и британской Seapeak Maritime Glasgow эти компании перевозят около 60% российского СПГ ежемесячно. Это существенно ограничивает возможности Украины влиять на торговлю через атаки на суда союзников.

«Когда запрет ЕС на импорт СПГ вступит в силу в 2027 году, расчёт Киева может измениться. Меньше грузов будет направлено европейским покупателям, что потенциально снизит политические риски для атак на эти суда», — заявил Исаак Леви из CREA.

Альтернативой может стать атака на порты. Украина уже поражала LPG-терминал в Краснодарском крае и существенно нарушила нефтяную инфраструктуру России в 2026 году. Из пяти действующих СПГ-терминалов крупнейший — «Ямал» — может находиться в зоне досягаемости украинских дронов, как и терминалы в Высоцке и Портовой (Ленинградская область). В июле Украина поразила нефтетранспортный терминал в Высоцке и нефтеперерабатывающий завод в Омске на расстоянии более 2500 км, а дроны Fire Point имеют заявленную дальность до 3400 км. Терминалы «Арктик 2» и «Ямал» расположены примерно в 3100 км от Киева, а «Сахалин» — почти в 7500 км, что пока недосягаемо.

Однако, даже при наличии технических возможностей, Украина взвешивает политические и экономические риски. Леви подчёркивает, что Киев «не захочет раздражать правительства ЕС, ослаблять поддержку санкций или рисковать военной помощью». Александр Кирк из Urgewald добавляет, что низкий уровень газовых резервов в Европе может повлиять на решение, а доля французской TotalEnergies в «Ямале» создаёт дополнительный коммерческий интерес. Экологические риски от взрыва в Арктике также значительны из-за сложности ликвидации аварий в суровых условиях.

Кирк подчёркивает, что ответственность за прекращение торговли российским СПГ должна лежать на Европе, а не на Украине: «Ожидание до 2027 года и новые исключения лишь продолжают эту торговлю и поток европейских денег в Россию. Европа должна применять санкции, а не перекладывать это решение на Украину».