Украина получила новые дальнобойные средства поражения, которые могут изменить подход к атакам на российские цели, в частности перед зимой. Об этом в эфире 24 Канала рассказал политтехнолог Тарас Загородний.

По словам Загороднего, баллистические ракеты не обязательно использовать для прямых ударов по Москве. Одним из вариантов является поражение систем противовоздушной обороны, что открывает путь для других ракет и дронов к определённым целям. Он отметил, что такие операции требуют тщательного планирования, разведки и оценки плотности российской ПВО возле конкретных объектов, после чего можно комбинировать различные средства поражения и выбирать оптимальные маршруты для последующих атак.

"Баллистические ракеты могут использоваться не для ударов по Москве, а, например, для уничтожения систем ПВО. Тогда другие ракеты могут спокойно и аккуратно лететь туда, куда нужно. Это может быть комплексная атака", – объяснил Загородний.

Политтехнолог добавил, что, по его информации, украинская сторона осталась довольна результатами последних ударов: "Они есть, они летают. И это очень не нравится россиянам, потому что у Украины появляется всё больше возможностей для поражений на территории России".

Загородний также обратил внимание, что с приближением холодов огромная территория России может стать для неё проблемой. Если раньше это считалось преимуществом, то теперь, в случае перебоев с энергетикой и логистикой, это создаёт дополнительную нагрузку. Он подчеркнул: "Этой зимой 'генерал Мороз' может оказаться на стороне Украины, потому что впервые в истории России её большая территория работает против неё. У Украины есть средства, чтобы организовать им очень большие проблемы, к которым они не готовы".

Особенно уязвимой остаётся Москва, где во время атак уже были поражены не только топливные, но и энергетические объекты, в частности ТЭЦ, обеспечивающая столицу. Это демонстрирует уязвимость критической инфраструктуры города. "Оказывается, в удары по ТЭЦ тоже можно играть вдвоём", – отметил Загородний. Для российской власти это болезненно, поскольку стабильность Москвы напрямую связана с ощущением контроля в стране: чем чаще последствия войны затрагивают столицу, тем сложнее поддерживать иллюзию её полной защищённости.